В 1553 году появилась небольшая книжечка — «Альманах Нострадамуса на предстоящий год». Альманах имел громадный успех. Все стремились заполучить заветную книжицу с весьма душеполезными сведениями. Удивленный небывалым успехом своего первого литературного опыта, Нострадамус решил выпускать такие альманахи ежегодно. Но ему все приходилось делать одному — писать пророчества, составлять гороскопы, вести дела с издателями, заниматься перепиской. Сколько раз он мечтал о толковом, смышленом помощнике, который взял бы на себя часть неотложных забот. И вот, словно подслушав его, небо откликнулось на не высказанную вслух просьбу...
В феврале 1554 года в
двери дома мэтра Ностра дамуса робко постучал
молодой человек. Он сказал насторожившемуся
магу, что хочет изучать астрологию,
движения планет, дабы постичь тайну
предсказаний. Нострадамусу сразу
понравился искренний, пылкий юноша, и
он предложил ему место секретаря.
Незнакомца звали Жан Шавиньи. Он станет
самым близким и доверенным лицом Мишеля
Нострадамуса. А после смерти мага
приведет в порядок все его бумаги,
выпустит в свет большими тиражами книги
предсказаний и напишет первую вполне
достоверную биографию прорицателя.
Несмотря на молодость, Жан Шавиньи многое повидал в жизни и ради сотрудничества с Нострадамусом поставил крест на своей многообещающей политической карьере. Он изучал теологию и право в Бонне, откуда родом (впоследствии даже стал его мэром), был учеником Доле.
Шавиньи — мужественный, не из робкого десятка человек. По заданию короля Франциска I он примкнул к экспедиции французского мореплавателя Жака Картье, совершившей в 1542 году опасное путешествие к берегам Нового Света. Возвратившись в Париж, он услыхал о Нострадамусе, о его чудесном даре прорицателя. Тогда-то Шавиньи и принял решение покинуть двор ради встречи с необычным человеком...
Жан старательно исполнял обязанности секретаря. Записывал все, что видел и слышал от мэтра, — даже мимоходом сказанное, описывал факты, происшествия и его привычки, жесты. Можно сказать, что Жан Шавиньи вел за великого мага постоянный дневник. Благодаря его усилиям в ватиканском архиве сохранились наброски с чертежами двух работ Нострадамуса, посвященных эллиптическим орбитам планет, которые он применял при составлении своих гороскопов. До рождения великого немецкого астронома Иоганна Кеплера (1571 — 1630), опровергнувшего тезис, что орбиты планет представляют собой круг, еще оставалось восемнадцать лет. Один текст принадлежит руке Нострадамуса, а аккуратно сделанная копия — его прилежному ученику Жану Шавиньи.